ЕСПЧ позволил адвокатам критиковать участников процесса в пределах разумного

Должен адвокат подбирать выражения, выступая в суде? Соответственно, может ли свобода слова ограничиваться штрафами за неуважение к суду? В Страсбурге решили, что неоправданное наказание прямо повлияет на право на защиту.

Через красное словцо

В 2004 году Петр Чеферин взялся защищать обвиняемого в трех убийствах. Суд назначил сразу 3 экспертизы: психиатрическую, психологическую и судебно-медицинскую. В частности, перед психологом и психиатром были поставлены вопросы о психическом состоянии обвиняемого и вероятность того, что именно он совершил эти преступления.

Адвокат настаивал на невиновности клиента и пытался доказать сомнительность квалификации экспертов. Также он потребовал результатов теста на детекторе лжи, но суд отклонил это ходатайство.

На завершающем слушании П.Чеферин попросил назначить другого эксперта-психиатра, а также психолога, который специализируется на психодиагностике. В качестве аргумента 66-летний адвокат, имеющий за плечами огромное количество выступлений в суде, применил все свое ораторское искусство, чтобы убедить суд.

Среди прочего он поставил под сомнение квалификацию эксперта, подчеркнув, что психодинамический метод, используемый психологом, не является научным и не дает достоверных данных. «Мысли психиатра и психолога свидетельствуют о печальной истине, что в их профессиональной слабости оба эксперта прибегают к методам, которые не являются частью их профессиональной практики. Психиатр использовал психологические методы, которые он совершенно не понимал и применял механически; психолог применил устаревшие психологические методы с каменного века и тем самым не получил каких-либо полезных результатов, прибегнув впоследствии к области медицины », - отметил адвокат.

Использованные высказывания Люблянский районный суд признал оскорбительными и оштрафовал П.Чеферина на 150 тыс. словенских толаров (около € 625). Высшие инстанции согласились с тем, что использование таких слов является проявлением неуважения к суду, отметив, что суд обязан защищать достоинство участников процесса.

Не помогла и конституционная жалоба. Конституционный суд отметил, что адвокат «не просто резко критиковал мнения экспертов, его оскорбительные замечания вызвали личное унижение свидетелей». По мнению КС Словении, такая критика не может быть оправдана в контексте права обвиняемого на защиту, о чем говорится в ст.29 конституции. Более того, «презрительная критика эксперта может даже угрожать справедливому судебному разбирательству в уголовном процессе».

В феврале 2005 года адвоката снова оштрафовали, теперь уже за выступления в апелляционной инстанции. Здесь П.Чеферин прошелся по всем трем экспертах. У психолога он констатировал «возможное проявление нарциссизма», у психиатра отметил «умышленное нарушение этики», поскольку он делает заявления «без всякой научно обоснованной ценности», а также «сосредоточил всю энергию на защите своей непогрешимости», а судмедэксперта обвинил в халатности .

Досталось и прокурору, которому «разрешено скрывать важные доказательства, которые могут освободить подсудимого от ответственности», и самому суду, процесс в котором адвокат назвал «судебным фарсом, который, конечно, не закончился».

Соответственно, и наказание было серьезнее - 400 тыс. толаров (около € 1670)

Критикуют, а вы терпите!

Как отметил Европейский суд по правам человека в решении от 16.01.2018 по делу «Čeferin v. Slovenia », свобода выражения мнений защищает не только суть идей и информации, но и ту форму, в которой они передаются. И штрафы за неуважение к суду являются вмешательством в реализацию права, гарантированного §1 ст.10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Поэтому единственный вопрос, который поставил перед собой Суд, заключается в том, является ли такое вмешательство «необходимым в демократическом обществе». При этом ЕСПЧ напомнил о принципах, которые были обобщены ранее при рассмотрении дел «Nikula v. Finland »(§§45-50),« Steur v. The Netherlands »(§36) и« Morice v. France »(§§128-137 и 139).

Как заметил Суд, КС Словении отклонил жалобу адвоката на том основании, что критика должна оставаться в пределах разумной аргументации, авторитет сертифицированных экспертов должен быть защищен таким же образом, как и полномочия судебной власти. При этом констатировалось, что пренебрежительные замечания «вышли за рамки разумных аргументов, направленных на убеждение суда назначить новых экспертов».

В Страсбурге отметили, что оспариваемые замечания были сделаны в ходе судебного разбирательства и должны рассматриваться в контексте жалобы на сокрытие результатов тестов на детекторе лжи и попыток назначить новых экспертов. А единственным способом добиться назначения других экспертов было подорвать доверие к имеющимся. Причем эти замечания были сделаны в ходе дебатов, где права клиента, естественно, имели решительно защищаться. Более того, высказывания были ограничены залом суда, в отличие от критики судьи, озвученной, например, в средствах массовой информации.

Фемида Совета Европы согласилась с доводами правительства, что государственные служащие должны иметь доверие общественности. Однако напомнила, что границы приемлемой критики в некоторых случаях могут быть шире в отношении чиновников, чем в отношении частных лиц. Тем более это касается прокурора, который является обвинителем.

ЕСПЧ также выразил «серьезную обеспокоенность» тем, что словенский суд считает: компетентность экспертов не может подвергаться сомнению, поскольку они «утверждены Министерством юстиции». «Поскольку эксперты являются официальными лицами, а их мысли влияют на судьбу подсудимого, они должны терпеть критику выполнения своих обязанностей», - подчеркивается в решении.

Не все то обида, что неприятно

Далее отмечается, что замечания адвоката, безусловно, имели отрицательную коннотацию и несколько враждебный характер, но они были оценочными суждениями. Поэтому Суд решил, что оспариваемые высказывания не могут толковаться как личные нападки с единственным намерением оскорбить экспертов, прокурора или суд. Даже если они были совершены в письменной форме и / или повторены неоднократно.

В связи с этим подчеркнуто, что «свобода выражения мнения применима не только к «информации » или « идее », которые выгодно воспринимаются или считаются безвредными, но и к тем, которые оскорбляют или шокируют». В то же время использование «едкого тона» в комментариях, адресованных судье, несовместимо с положениями ст.10 конвенции.

Если заявление является оценочным суждением, пропорциональность вмешательства в свободу слова может зависеть от того, существуют ли достаточные основания для такого заявления (см. «Veraart v. Netherlands», §55). Поэтому важно, чтобы ответчику был предоставлен реальный шанс доказать, что для его утверждений было достаточное фактическое основание.

В этом деле суды полагались исключительно на семантическое значение слов и фраз, но не рассматривали отношение оспариваемых заявлений к фактам дела. Поскольку суды должны основывать свои решения на приемлемой оценке соответствующих фактов, ЕСПЧ ограничился констатацией, что заявления адвоката не могут априори считаться необоснованными. Вопрос, насколько эти факты можно считать достаточными для обоснования подобных мыслей, имели должным образом рассматривать сами суды.

Судьи никак не отреагировали на критику, прервав речь и сделав замечание. Поразил Суд и тот факт, что адвокату не позволили объяснить или защитить себя до того, как на него были наложены штрафы. В Страсбурге подчеркнули, что в обязанность судьи входит направлять рассмотрение так, чтобы обеспечить надлежащее поведение сторон, а не рассматривать потом вопрос целесообразности выражений в зале суда.

Как следствие, Суд пришел к выводу, что был соблюден баланс между необходимостью защиты авторитета судебной власти и репутации участников процесса и необходимостью защиты свободы слова заявителя. Сам факт штрафа, каким бы ни был его размер не может не создавать, по мнению ЕСПЧ, «риска пугающего воздействия на осуществление свободы выражения мнений, является неприемлемым в отношении адвоката, который должен обеспечить эффективную защиту своего клиента».

Соответственно, имело место нарушение статьи 10 конвенции. В качестве компенсации адвокату должны выплатить € 800 материальных и € 2400 нематериальных убытков, а также компенсировать € 3000 судебных издержек. Правда, самого решения человеку пришлось ждать более 12 лет ...

Опубликовано на сайте: 15.02.2018

Автор: Василий Колишный

Источник: http://zib.com.ua/ru/


Бесплатная юридическая консультация



Подпишитесь на рассылку сайта, это бесплатно!
Всего подписчиков - 12156


Юридический рынок Украины

Антикорсуд: украинская версия

Украина — далеко не первая страна, где создается специализированный суд для рассмотрения дел коррупционеров. Это означает, что наше государство может учесть все недостатки, которые помешали эффективной работе антикоррупционных судов в других странах. Однако мировая практика показывает, что единый стандарт в данной сфере отсутствует.

Простоправо ТВ